LifeRU.ORG

Жизнь прекрасна ,лови момент

Американский заключенный в России оказался в западне

ср, 09/09/2020 - 07:39


Около шести часов вечера 28 декабря 2018 года Пол Уилан (Paul Whelan) находился в своем номере в московском отеле «Метрополь», расположенном в величественном здании в стиле модерн напротив Большого театра. Он был в городе на свадьбе своего американского друга, который женился на русской. 48-летний Уилан, который работал в сфере корпоративной безопасности, до этого уже несколько раз бывал в России и немного знал русский язык. Он всегда радовался возможности побывать в Москве и считал, что может помочь другим гостям ориентироваться в городе.


После утренней экскурсии по Кремлю Уилан гладил одежду для свадебного ужина, который должен был состояться вечером. Собираясь пойти в душ, он услышал стук в дверь. Это был русский знакомый, с которым он познакомился во время предыдущих приездов, бывший военный, как и Уилан. За годы их дружбы этот человек поднялся по служебной лестнице в ФСБ, федеральной службе безопасности России, организации, обладающей властью в государственном аппарате, какой нет ни у кого.


Уилан не ждал прихода этого знакомого, но все же открыл дверь. Тот вошел в номер, что-то сказал о фотографиях из отпуска и вручил Уилану флэшку. Уилан положил ее в карман и пошел в ванную бриться. Через несколько минут ждавшие в коридоре оперативники ФСБ ворвались в номер и арестовали Уилана.


Во время своих предыдущих поездок в Россию Уилан вел оживленную переписку со своими родственниками по электронной почте. Его родители, которым за восемьдесят, живут в сельском доме недалеко от Энн-Арбора в штате Мичиган. Он поддерживал постоянную связь со своими братьями и сестрой — братом-близнецом Дэвидом, старшей сестрой Элизабет и старшим братом Эндрю, хотя виделись они редко. Во время этой поездки он написал им, как в Москве холодно и что на завтрак в «Метрополе» подают шампанское, а в зале играет арфистка. ("Приятно, безупречно, такое чувство, что находишься на "Титанике«",- шутил он).


Но потом Уилана пару дней никто не видел и не слышал, и в то воскресенье молодожены сами написали родителям Уилана о том, что Пол исчез. Дэвид лихорадочно гуглил, набирая в поисковике фразы «американец пропал без вести в Москве» и «американец убит в Москве», после чего на следующий день наткнулся на сообщение в новостях, в котором говорилось, что его брата арестовала ФСБ и обвиняет в шпионаже. Судя по тому, что Дэвиду, в конце концов, удалось узнать, Пола обвиняли в получении секретной информации: на флэшке якобы были записаны имена российских секретных агентов.
Уилана поместили в камеру в «Лефортово», печально известном следственном изоляторе, где ФСБ держит своих высокопоставленных заключенных. Кремль не скрывал своего отношения к этому делу, — министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что Уилан был задержан «с поличным» в момент «конкретного, противозаконного действия».


Прошло почти 20 лет с тех пор, как в России арестовали и посадили в тюрьму за шпионаж американца. В 2000 году отставного офицера военно-морской разведки США Эдмонда Поупа (Edmond Pope) восемь месяцев продержали в «Лефортово» после того, как ФСБ заявила, что он получил секретные документы, касающиеся технологии производства российской подводной ракеты. Он был помилован Владимиром Путиным и отправлен домой. Тогда было совсем другое время: Путин находился на посту президента всего несколько месяцев и был готов сделать примирительный жест в адрес США. Его американский коллега Билл Клинтон занимался делом Поупа и лично просил Путина того освободить.


А вот арест Уилана пришелся на совершенно другую эпоху, — когда американо-российские отношения основательно испортились, когда Путин всякий раз пытается поставить под угрозу интересы США, а американские власти считают Россию одним из основных источников проблем на мировой арене. Трамп обещал наладить отношения с Путиным, но вместо этого его президентский первый срок был отмечен бесчисленными расследованиями вмешательства России в выборы 2016 года в интересах Трампа, в результате чего Россия стала для президента нежелательной и неудобной темой. Тем не менее, Трамп считает, что с самим Путиным у него абсолютное взаимопонимание и, по словам бывшего высокопоставленного американского чиновника, Трамп не хочет нарушать его «неуместными» разговорами. Уилан оказался зажатым между этими значительными силами (реваншистским, конфронтационным Кремлем, президентом США, который поначалу не проявлял к этому делу особого интереса, и чиновничьим аппаратом правительства США, не склонным считать Россию надежным или полезным партнером), фактически став заложником в геополитической борьбе, завершить которую простым или понятным способом невозможно.


На национальном съезде Республиканской партии Трамп с гордостью говорил о своем участии в освобождении американцев, несправедливо удерживаемых за границей, хвастаясь тем, что вернул домой более 50 человек из таких стран, как Иран, Сирия, Турция и Венесуэла. Президент показал в телеэфире видеозапись, снятую в зале для дипломатических приемов, на которой его благодарят шестеро бывших заложников и заключенных. «Всех вас мы вернули домой», — сказал Трамп. Некоторые из них были христианскими пасторами или миссионерами, в том числе Эндрю Брансон (Andrew Brunson), который был освобожден из-под стражи в Турции в 2018 году после того, как Трамп неоднократно настаивал на том, чтобы президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган отпустил пастора. «Если ему это политически выгодно, он не упустит шанса и будет стараться, не жалея сил», — сказал бывший высокопоставленный чиновник администрации Трампа. Однако в случае с Уиланом, у которого нет политического электората и политических сторонников, Трамп и правительственные чиновники действуют медленнее — и освободить его до сих пор не смогли.


Сам Уилан представляет собой ничего не подозревающую жертву, которой очень не повезло. «Россия говорит, что поймала Джеймса Бонда, выполнявшего шпионское задание, — сказал он собравшимся журналистам во время одного из предварительных слушаний в Москве. — На самом же деле они схватили мистера Бина, находившегося в отпуске».


***


Как выяснилось сразу же после ареста Уилана, он имеет гражданство четырех стран, что является следствием его смешанного интернационального происхождения: он родился в Канаде в 1970 году, у его родителей двойное британо-американские гражданство и ирландские корни. Семья переехала в Мичиган в начале 1970-х годов, когда Уилану было три года. То, что Уилан получил гражданство четырех стран, было результатом этой причудливой генеалогической истории, но для этого также потребовались любознательность и настойчивость. «Он думал, что это круто, необычно, что это делает его интересным, — сказал один из друзей Уилана. — Я считаю, что это повлияло на многое из того, что сделал Пол».


В свои двадцать с небольшим Уилан успел поработать в нескольких полицейских управлениях Мичигана. В начале 2000-х годов он устроился на работу в «Келли Сервисез» (Kelly Services), международную компанию по подбору офисных работников. За несколько лет до этого он был зачислен в резерв морской пехоты, а в 2004 году, через год после начала войны США в Ираке, его призвали на действительную службу. Он два раза ездил в служебные командировки, где выполнял административные функции в звании старшего сержанта. Это были командировки не на передовую, но он все равно был в зоне боевых действий, и у него тоже были приключения. Он прислал домой фотографии, на которых он стоит в одном из бывших дворцов Саддама Хусейна и перед поваленными статуями.


В 2006 году Уилан воспользовался программой путешествий для американских военнослужащих-отпускников и провел две недели в России. «Для тех из нас, кто вырос в годы холодной войны, Россия казалась очень экзотической и привлекательной», — рассказывает его сестра Элизабет. В течение следующих 10 лет Уилан еще несколько раз ездил в Россию. Он восхищался замысловатой мозаикой московского метро и коллекционировал металлические подстаканники, которые используют в российских поездах. В какой-то момент он завел аккаунт в популярной российской социальной сети «Вконтакте» и с помощью Гугл-переводчика писал веселые безобидные посты на русском языке. («Вперед, „Спартак!"», — писал он в одном их них, имея в виду московскую футбольную команду, и «С Днем Победы!» — в другом в честь российского праздника, посвященного капитуляции нацистской Германии). В социальной сети «Вконтакте» он общался со многими русскими, многие из которых, как и сам Уилан, раньше служили в армии или в правоохранительных органах, а также с другими. «Мы постепенно стали друзьями по переписке. Это было нормально и никогда не казалось странным и не заставляло задумываться о чем-то таком, пока одного из нас не арестовала ФСБ», — говорит его брат Дэвид.


Корреспондент Би-би-си в Москве Сара Рейнсфорд (Sarah Rainsford) связалась с несколькими русскими, которые переписывались с Уиланом в соцсети «Вконтакте». Уилан «не просил показать что-нибудь такое, что вызывало подозрения», сказал ей один из них. Другой, который служит в российской армии, сказал, что Уилан «казался хорошим человеком, и он восхищался нашей страной, ее историей, нашими традициями и людьми!». И добавил: «Если он шпион, то я — Майкл Джексон!!!!»


Приезжая в Россию, Уилан встречался с некоторыми русскими, с которыми познакомился в сети «Вконтакте», или которых знал по предыдущим поездкам. Они вместе ездили на экскурсии по Москве и ужинали. Он поддерживал свободные дружеские отношения с нечастыми встречами, делал он это с постоянством, которое является большой редкостью в наше слишком запрограммированное время. «Знаете, как многие говорят: » Когда в следующий раз будешь в городе, позвони мне, и давай пообедаем", но никто никогда этого не делает?— говорит Элизабет. — А Пол из тех людей, которые действительно звонят«. Один из друзей и коллег бывшего морского пехотинца сказал, что Уилана знали в их кругу как очень великодушного человека, «готового пойти на все». Однажды ему пришлось пройти непростую процедуру посвящения в священники, чтобы совершить обряд бракосочетания на свадьбе общего друга. А другой раз, после того как в Афганистане был убит один морской пехотинец, Уилан встретил в аэропорту его друга, прилетевшего на похороны, и потом три дня возил его и был рядом с ним, хотя с погибшим морпехом сам никогда не встречался.


Среди тех, с кем Уилан вел переписку в соцсети, был человек, которого в российской газете «Коммерсантъ» назвали Ильей Яценко. Когда они с Уиланом начали общаться, Яценко был солдатом в российских вооруженных силах. За эти годы он устроился на работу в ФСБ. В 2015 году в одном из электронных писем своим родителям Уилан написал, что теперь Яценко — младший лейтенант ФСБ и служит в Крыму. (Россия аннексировала полуостров годом ранее, весной 2014 года, — прим. редакции «Нью-йоркер»). «Было бы здорово туда съездить, если это безопасно!!», — написал Уилан.


В начале 2018 года Уилан опять приехал в Москву, где показывал Яценко Кремль и универмаг ГУМ на Красной площади. «Быть гидом и показывать русским Москву — это всегда забавно!», — писал Уилан в другом письме. Во время той поездки Уилан ездил с Яценко на дачу его родственников в Сергиев Посад, город, расположенный в 80 километрах от Москвы и известный своим православным монастырем XIV века. Была середина зимы, они ходили париться в баню и прыгали в холодном снегу.


Позже, вернувшись в США, Уилан обратился в Международный музей шпионажа в Вашингтоне с просьбой помочь ему получить подписанный экземпляр мемуаров Олега Калугина, бывшего генерала КГБ, эмигрировавшего в США в середине 1990-х годов. Уилан собирался подарить книгу Яценко. «Илья — мой русский друг, который служит там же, где служил Олег, только гораздо младше по званию», — объяснил Уилан в электронном письме, отправленном в магазин музея.


Родственники Уилана и его адвокаты называют его дружбу с Яценко совершенно безобидной и говорят, что она полностью соответствует его характеру. Они считают, что их отношения могут показаться странными только теперь, после того как его арестовали. Как говорит Элизабет, «друзья Пола в США тоже служили в армии и в правоохранительных органах, и почему у него не может быть таких же друзей в России или где-нибудь еще?». По словам друга-морпеха, Уилан — человек любознательный и порой легкомысленно относился к опасности, легко идет на риск, хотя и без злого умысла. Но, возможно, в Москве, на менее знакомой территории, он невольно действовал так, что стал уязвимым. «Можно представить себе, что он ведет себя так, что кажется, будто он переходит какие-то границы».


Доказательства по делу Уилана были объявлены секретными, включая подробности службы Яценко, но Ольга Карлова, один из адвокатов Уилана, сказала, что «друг» Уилана, как она его назвала, необычайно быстро поднялся по служебной лестнице в ФСБ. «Солдат не может внезапно стать полковником», — заметила она. Она подозревает, что он, возможно, использовал свои отношения с Уиланом, чтобы произвести впечатление на свое начальство, используя возможность контакта с американцем в качестве средства продвижения по службе. Учитывая общую атмосферу шпиономании, царящую в последние годы в обеих странах, ФСБ возбуждает все больше дел о шпионаже, еще больше подогревая интерес к предполагаемому американскому шпиону. «Некоторым людям было выгодно сделать так, чтобы он выглядел подозрительно, — сказала Карлова, — и они это сделали».


С того момента, как в декабре 2018 года Уилан приехал в Москву, Яценко постоянно стремился с ним встретиться. Он появился в аэропорту без предупреждения, чтобы встретить рейс Уилана. На Рождество, за три дня до ареста Уилана, они с Яценко встретились за ужином, — Уилан из ресторана через соцсеть «Вконтакте» отправил другу фотографию улыбающегося Яценко. По словам Карловой, Яценко постоянно приглашал Уилана встретиться и предлагал вместе выпить. В тот вечер, когда Уилана арестовали в «Метрополе», Яценко явился с бутылкой виски. «Пол был спокоен, он знал этого человека 10 лет, — говорит Владимир Жеребенков, другой адвокат Уилана. — Он считал его своим другом и поэтому не ожидал, что тот его подставит».
***
Однако Уилан оказался в поле зрения ФСБ, и как только он попал в «Лефортово», стало понятно, что для России он представляет довольно большую «ценность»: Москва будет стремиться обменять его на особо важных заключенных, отбывающих тюремный срок в США. Уилан рассказал своим адвокатам о том, как через несколько минут после его ареста офицеры ФСБ в масках, которые его обыскивали, сказали ему: «Вас обменяют». Уилана дважды выводили из камеры в «Лефортово» и возили в Главное управление ФСБ на Лубянской площади. На этих неофициальных допросах (по закону Уилана должны были допрашивать только в присутствии одного из его адвокатов) офицеры ФСБ говорили ему, что чем скорее он признает свою вину, тем скорее его обменяют и отправят домой.


В Вашингтоне чиновники пытались понять, как Уилан мог оказаться объектом операции российских спецслужб. Представители разведки проинформировали Белый дом о том, что Уилан не имеет никакого отношения ни к ЦРУ, ни к ФБР, ни к какому-либо другому ведомству. Возможно, некоторый интерес у параноидально настроенных офицеров российской контрразведки вызвала сеть его контактов с представителями американских правоохранительных органов, а также его служба в морской пехоте. Во всяком случае, американские власти предположили, что Россия отслеживала связи Уилана в социальной сети «Вконтакте». Эту платформу регулярно контролируют российские спецслужбы, и американский пользователь, который общается с русскими, служившими в армии и в разведке, мог вызвать подозрения. «Он, должно быть, уже был у них в списке, — говорит один бывший американский дипломат. — Они могут завести на вас досье, выбрав вас в качестве объекта наблюдения, а вы об этом даже не знаете».


Не исключено также, что поскольку Уилан в последнее время работал директором службы безопасности в компании «БоргУорнер» (BorgWarner), выпускающей автомобильные запчасти для автомобилей и имеющей выход на многие страны мира, сотрудники ФСБ могли подумать, что он связан с американской разведкой. Ведь в России грань между службой корпоративной безопасности и государственной разведслужбой размыта. «Русские здесь не проводят различий», — сказал бывший американский дипломат.


Несмотря на всю неопределенность относительно того, как именно началось это дело, американские власти прекрасно понимали, как Кремль хочется его уладить. По словам бывшего американского чиновника, посол России в США Анатолий Антонов во время встреч с чиновниками Белого дома был «невероятно откровенен». Сначала Антонов предложил обменять Уилана на трех россиян, отбывавших срок в американских тюрьмах. Речь шла о Марии Бутиной, женщине, которая установила близкие связи с функционерами Республиканской партии и чиновниками Национальной стрелковой ассоциации и в апреле 2019 года была осуждена за деятельность в качестве незарегистрированного российского агента. Вторым был Виктор Бут, печально известный успешный торговец оружием, который был арестован в Таиланде в 2008 году и три года спустя осужден американским судом. И третьим — Константин Ярошенко, летчик, отбывающий 20-летний срок, назначенный федеральным судьей за подготовку контрабанды крупных партий наркотиков.


В ответ чиновники Белого дома заявили, что дело Бутиной будет рассматриваться в соответствии с назначенным ей 18-месячным сроком тюремного заключения. В октябре 2019 года она была освобождена из американской тюрьмы и отправлена в Россию. Об освобождении Бута, торговца оружием, не могло быть и речи. Как выразился один американский чиновник, знакомый с обстоятельствами этого дела, «это все равно, что если бы команда высшей лиги неожиданно подписала со мной контракт, а затем попыталась обменять меня на лучшего игрока в бейсболе — мы не равноценные».
Антонов продолжал настаивать на обмене на Ярошенко, летчике, осужденном за наркотрафик. Он утверждал, что здоровье Ярошенко ухудшается, и ссылался на проблемы самого Уилана с запущенной грыжей, из-за которой тот испытывает сильные боли. Во время одной из встреч Антонов, по словам бывшего американского чиновника, говоря об обмене, стал вести себя «немного резко и раздраженно». Как вспоминает чиновник, Антонов сказал: «Я вижу вашего бедолагу с грыжей, а тут наш парень с выпадающими зубами». Антонов заявил, что Уилана и Ярошенко можно освободить под видом двустороннего освобождения от отбывания наказания в связи с болезнью.


Каким бы образом ни собирались освобождать Уилана, было ясно, что для заключения любого соглашения необходимо привлечь к этому вопросу внимание на самом высоком уровне в Белом доме и в Госдепартаменте. Но этого не последовало. Вскоре после ареста Уилана тогдашний советник по национальной безопасности Джон Болтон довел это дело до сведения Трампа. «Трамп явно не был заинтересован в том, чтобы что-то предпринимать», — сказал бывший высокопоставленный американский чиновник.


Вместо того, чтобы рисковать и получить от президента отрицательный ответ, который свяжет руки американским переговорщикам, сотрудники Совета национальной безопасности и чиновники других ведомств решили, что лучше попытаться договориться об освобождении Уилана на более низком уровне. Идея, по словам бывшего высокопоставленного американского чиновника, заключалась в том, что переговорщики могли бы добиться успеха самостоятельно, «и тогда мы можем просто сказать Трампу, что парень вышел на свободу», или они могли бы приблизиться к заключению сделки, и попросить Трампа, чтобы тот подключился в последний момент. «Мы могли бы прийти и сказать: „Мы почти все сделали и почти подошли к цели. Нам просто нужно немного подтолкнуть его, чтобы он все сделал"».
В некоторых случаях, когда американцев держат в заключении за границей, Трампа это подталкивает к действию. В 2018 году Трамп потребовал от Турции освободить Брансона, пастора евангельской церкви, который был арестован турецкими властями в 2016 году. Администрация Трампа ввела санкции против двух турецких чиновников и повысила импортные пошлины на турецкую сталь и алюминий. В 2018 году турецкий суд признал Брансона виновным, но приговорил его к тюремному сроку, который тот уже отбыл, и Брансона отправили в США. В отличие от освобождения Брансона, которое могло помочь Трампу получить голоса избирателей из числа евангелистов — сторонников Брансона, «у Уилана нет сторонников», которые могли бы в будущем проголосовать за Трампа, а сейчас оказать на него влияние, сказал бывший чиновник администрации.


Летом 2019 года Трамп бросился, используя свой административный ресурс, освобождать рэпера A$AP Роки (A$AP Rocky), которого арестовали после драки в Стокгольме в июле этого года. По словам бывшего высокопоставленного американского чиновника, чтобы добиться освобождения A$AP Роки, Трамп позвонил премьер-министру Швеции. Позже в том же месяце в Швецию прилетел Роберт О'Брайен (Robert O'Brien), тогдашний спецпредставитель администрации Трампа по делам заложников, а теперь советник по национальной безопасности, и появился в зале суда перед началом судебного заседания. «Президент хотел привлечь к этому больше внимания», — сказал бывший высокопоставленный американский чиновник, ссылаясь на слова О'Брайена, объяснившему ему свое странное личное участие в этом деле. В августе A$AP Роки улетел из Швеции на частном самолете. Со временем его признали виновным, но он получил условный срок. «Все дело A$AP Роки стало нелепой демонстрацией, — сказал бывший американский чиновник. — А вот дело Уилана слишком запутанное и неприятное».


Дэвид Урбан (David Urban), лоббист со связями в администрации Трампа, который добровольно выступил в качестве бесплатного адвоката родственников Уилана, объяснил разницу в отношении Трампа к этим двум делам тем, что вести переговоры со шведскими властями проще, чем с Путиным. «Само собой разумеется, что процесс по делу Пола продвигается сложно, и не идет ни в какое сравнение с ходом дела A$AP Роки, если Трамп может позвонить и сказать: „Пожалуйста, отпустите этого парня", и это происходит».


Ранее в том же году вашингтонский адвокат Райан Фэйхи (Ryan Fayhee), занимавшийся в Министерстве юстиции делами, имеющими отношение к вопросам национальной безопасности, связался с родственниками Уилана. Фэйхи предложил дать им бесплатную консультацию и объяснить, как отстаивать Уилана, общаясь с чиновниками в Вашингтоне и в средствах массовой информации. «Они все говорили правильные вещи, но не решались вступать с ними в контакт», — сказал Фэйхи о действиях родственников Уилана. Он помогал им знакомиться с правительственными чиновниками и посещал встречи с представителями Конгресса от штата Мичиган и их сотрудниками. Фэйхи считал, что власти США — будь то на Капитолийском холме или в Белом доме — могли бы сделать больше. «Не задействовать весь этот механизм в самом начале означало не добиться нужных результатов», — сказал он. Со временем, благодаря настойчивости родственников Уилана и помощи Фэйхи, они вышли на некоторых членов Конгресса, включая группу представителей от штата Мичиган.


Все это время Уилан оставался в «Лефортово», поначалу деля камеру, небольшую, но чистую, с англоговорящим бизнесменом. Он не особо жаловался на условия: «я был на войне, спал в пустыне, в грязи, а здесь — вполне нормально», — сказал он в беседе с Карловой, своим адвокатом. Временами он терял самообладание, но быстро брал себя в руки и опять становился бодрым и оптимистичным. Однажды во время встречи с западными дипломатами он набросился на переводчицу из ФСБ, — она всегда присутствовала на таких встречах. Но Уилан сразу же извинился, сказав, что не хочет вымещать на ней лично свое недовольство и раздражение по поводу своего затруднительного положения. Во время его пребывания в заключении всплыли факты из его личного дела военнослужащего, согласно которым в 2008 году он был уволен из морской пехоты за недостойное поведение, — его обвинили в нескольких случаях воровства. В то время его родственники об этом не знали, но теперь, узнав об этом позорном инциденте в годы его армейской службы, они еще больше убедились, что подозрения о том, что он занимался шпионской деятельностью, связанной с огромным риском, бессмысленны и даже абсурдны.
В «Лефортово» физическое состояние Уилана ухудшалось, и боль из-за грыжи становилась сильнее. Во время одного судебного заседания судья был вынужден прекратить разбирательство и назначить немедленный медицинский осмотр. Находясь в заключении, Уилан настаивал на том, чтобы его осмотрел врач, знающий английский язык, но тюремные власти отклоняли просьбы посольства США разрешить врачу, работающему в посольстве, посетить Уилана. Родственники Уилана обратилась за помощью к Биллу Ричардсону (Bill Richardson), бывшему послу администрации Клинтона в ООН, ставшему впоследствии высокопоставленным участником переговоров по вопросам освобождения заложников. Ричардсон и его команда провели переговоры с российскими официальными лицами, обсудив возможность взаимных гуманитарных жестов. По словам Микки Бергмана (Mickey Bergman), директора Центра Ричардса, летом прошлого года Ричардсон встретился с генеральным прокурором Уильямом Барром (William Barr) и сказал, что если американские тюремные власти в качестве гуманитарного жеста разрешат провести медицинское обследование Ярошенко в соответствии с тем, о чем просила российская сторона, такой же гуманитарный жест может быть сделан и в отношении Уилана. Барр согласился. В Министерстве юстиции от комментариев отказались, сославшись на политику неразглашения информации медицинского характера о лицах, находящихся в местах заключения. В начале сентября 2019 года американские тюремные власти разрешили стороннему дантисту посетить Ярошенко в тюрьме, чтобы осмотреть его зубы. Менее чем через неделю Уилана отвезли в одну из московских клиник к врачу, предоставленному тюремными властями, для осмотра его грыжи. По словам одного западного дипломата, который следил за делом Уилана, консультация была «жестокой, болезненной и короткой».


Каждые несколько месяцев Уилана доставляли в суд на слушания по вопросу продления срока его предварительного заключения. Как выразилась корреспондент Би-би-си Рейнсфорд, Уилан, приезжавший на каждое судебное заседание «в очках, с косым пробором и в синем свитере, был похож на аккуратного библиотекаря средних лет». Но Уилан против всего этого не возражал. Он упорно отстаивал свою невиновность, но также наблюдал за трагикомедией процесса, осудив «судебный фарс» и в том же заявлении поздравив с днем рождения Флору, собаку своих родственников. Он назвал дело против него «московским козлиным родео», бардаком, и говорил, что «даже у салемских ведьм было больше возможностей отстаивать свои права».
Уилан также использовал слушания для публичных обращений к Трампу. «Господин президент, мы не сможем сделать так, чтобы Америка опять была великой, если не будем решительно заступаться за американских граждан и защищать их, в какой бы стране мира они ни находились, — сказал он, зачитывая заявление, которое подготовил заранее. — Прошу вас, напишите в „Твиттере", что вы собираетесь в связи с этим делать». Трамп не написал.


Одним из наиболее активных защитников Уилана был Джон Хантсман (Jon Huntsman), посол США в Москве, для которого дело Уилана стало личным приоритетом, и который регулярно навещал его в «Лефортово». «По правде говоря, для меня Пол является политическим заключенным», — сказал Хантсман. Среди чиновников администрации Трампа Хантсман был одним из немногих, кто считал, что США должны рассмотреть вопрос об освобождении Ярошенко, чтобы добиться свободы Уилана. Но в ФБР и в Министерстве юстиции были против этого, там выдвинули неубедительный аргумент, согласно которому это будет для России стимулом, и русские будут арестовывать других американцев в будущем. В более широком смысле, по словам бывшего дипломата, ФБР и Министерство юстиции руководствовались тем, что понимали «недоговороспособность» Кремля в том, что касается перспективы заключения с ним каких-либо соглашений. «Мы столкнулись с их категоричной непримиримостью и несговорчивостью», — сказал он. В ходе межведомственных переговоров практически не было никого, кто поддерживал хотя бы что-то похожее на примирительную позицию в отношении содержания Уилана под стражей. «У них вообще не было никаких оснований арестовывать его, и любая сделка означала бы, что им сойдет с рук то, чего они не должны были делать», — сказал бывший высокопоставленный чиновник администрации Трампа.


В Госдепартаменте особого желания идти на уступки России не было. Причиной этого было вмешательство России в выборы 2016 года и приказ Кремля о высылке из страны сотен американских дипломатов в 2017 и 2018 годы на волне взаимного выдворения дипломатов. «У Хантсмана не было сторонников среди действующих чиновников в Госдепартаменте, которые разделяли бы его точку зрения на решение проблем в двусторонних отношениях, — говорит бывший чиновник Белого дома. — Наш посол делал все возможное, а чиновники Госдепартамента сказали „нет" и закрыли тему».
В июне 2019 года Болтон и другие сотрудники Совета национальной безопасности США встретились с Элизабет Уилан в Белом доме. Она надеялась, что если члены администрации Трампа официально объявят о своем отношении к делу ее брата, республиканцы в Конгрессе и чиновники Госдепартамента получат сигнал к более активному участию в решении этого дела. «Мы просили, чтобы им намекнули, подтолкнули их, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки», — сказала Элизабет. (Что касается самого Болтона, «он был настроен очень благожелательно, проявлял сочувствие», но было непонятно, что еще мы можем сделать, говорит бывший американский чиновник). По словам бывшего дипломата, к октябрю 2019 года, когда Хантсман покинул свой пост посла, дело Уилана «застряло» из-за бездействия чиновников в Вашингтоне. Но у родственников Уилана было ощущение, что этому делу начали уделять внимание все больше конгрессменов и чиновников, и что они действительно добиваются определенных успехов, например, в том же месяце Конгресс принял резолюцию с требованием немедленного освобождения Уилана. Конечно, документ этот «беззубый» и неэффективный, но все же это был знак внимания.


Оставалась еще одна причина для беспокойства, а именно опасение некоторых американских чиновников, что чем больше будет шума вокруг Уилана, тем более высокую цену за его освобождение будут запрашивать с российской стороны. «Всегда было важно найти золотую середину между тем, чтобы дело Пола оставалось на переднем плане, и тем, чтобы Пол казался „не слишком ценным"», — сказал Урбан. Это осложнялось еще и тем, что российские спецслужбы, судя по всему, считали Уилана гораздо более ценной добычей, чем он был на самом деле. Как сказал бывший высокопоставленный чиновник администрации Трампа, «русские попросту ошибаются в отношении того, кто он такой».


***


В апреле в Мосгорсуде начался процесс над Уиланом. Посторонних наблюдателей и журналистов в зал суда не пускали. «Если бы он действительно что-то сделал, то доказательства, следственные материалы не держались бы в секрете», — говорит Джон Салливан (John Sullivan), занявший пост посла США в России после ухода Хантсмана. Сторона обвинения заявила, что Уилан является агентом разведывательного управления Министерства обороны. А Уилан заявил в суде, что он просто интересуется русской историей и культурой и ни к каким разведывательным операциям не имеет никакого отношения.


Однажды на судебном заседании выступил Яценко, заявив, что на протяжении многих лет Уилан пытался завербовать его в качестве информатора американской разведки. Когда Яценко вошел в зал для дачи показаний, Уилан крикнул по-английски: «Как ты мог это сделать? Сколько лет мы были друзьями? Сколько я тебе помогал?». Яценко молча опустил голову, стараясь не смотреть в глаза Уилану. «Сразу видно, что он чувствовал себя неловко, — говорит адвокат Карлова. — Он делал свою работу, но это ему не очень нравилось». В суде выяснилось, что в какой-то момент Уилан дал Яценко два айфона, что сторона обвинения попыталась представить как взятку за секретную информацию.


15 июня Уилана доставили в суд для оглашения приговора. Это было первое открытое заседание за все время, пока продолжался судебный процесс. На заседании суда присутствовали представители посольств всех четырех стран, гражданином которых является Уилан, в том числе и Соединенных Штатов. Месяцем раньше Уилан перенес срочную операцию (ему удалили грыжу), и во время заседания он держал самодельную табличку: «Хирургия на скорую руку! Никаких прав человека! Жизнь Пола имеет значение!».


Коллегия из трех судей зачитала вслух свое решение: Уилана признали виновным в шпионаже, приговорили к шестнадцати годам колонии. Уилан слушал из клетки для подсудимых (в России обвиняемые во время судебных заседаний находятся в застекленных боксах), но сначала не понял, что произошло, пока назначенный судом переводчик не сообщил ему информацию. Его лицо побелело от гнева. «Он остолбенел», — говорит Карлова. Позже, выйдя из здания суда, посол США Салливан назвал это решение «издевательством над правосудием», заявив, что с Уиланом «ужасно обращались».
Сначала Уилан собирался обжаловать свой приговор, но, спустя несколько дней, решил этого не делать. Лучше, чтобы как можно скорее начались переговоры по его освобождению. Была надежда, что российские и американские дипломаты обсудят судьбу Уилана уже в июле — на полях переговоров по контролю над вооружениями, проходивших в Вене. По-прежнему очевидно, что Россия хочет вернуть либо Ярошенко, либо Бута, либо обоих. От источников в российском правительстве Карлова и Жеребенков узнали, что обмен может состояться осенью, возможно, даже в сентябре.


При О'Брайене, который в сентябре 2019 года сменил Болтона на посту советника по национальной безопасности, в урегулировании дела Уилана стал участвовать сам Трамп. Чиновники СНБ, обеспокоенные отсутствием действий со стороны Госдепартамента, решили убедить Трампа в том, что во время телефонных бесед с Путиным он должен выразить озабоченность по поводу содержания в заключении Уилана и двух других американцев. В последние месяцы Трамп в беседах с Путиным поднимал вопрос о содержании в заключении Уилана, а также о деле Тревора Рида (Trevor Reed), еще одного бывшего морского пехотинца, который был обвинен за нападение на полицейского в Москве в августе 2019 года — через две недели после объявления приговора Уилану — и приговорен к девяти годам лишения свободы. Поднимался вопрос и о деле Майкла Калви (Michael Calvey), живущего в Москве известного американского инвестора, который был обвинен в мошенничестве в особо крупном размере и с апреля 2019 года находится под домашним арестом. По словам чиновника администрации, Трамп призвал Путина освободить трех граждан США, но не выразил готовности уступить требованиям России об освобождении ни Ярошенко, ни Бута. Высокопоставленные чиновники администрации также регулярно обсуждают вопрос об этих американцах со своими российскими коллегами.
В течение нескольких недель после вынесения приговора Уилан оставался в «Лефортово» и не был этапирован в колонию, где должен отбывать наказание. Это означало, что российские власти предполагали, что он скоро уедет. Но в начале августа Уилана без предупреждения этапировали в мордовскую колонию, расположенную примерно в 500 километрах к востоку от Москвы. Жеребенков, один из адвокатов Уилана, говорит, что, по словам источников в российских спецслужбах, о деталях обмена «американцы молчат», и перевод Уилана в Мордовию был ответом на это «бездействие».
Американские чиновники не согласны с тем, что они бездействуют. «Мы навели у них справки и сами заинтересованы во взаимодействии, — сказал посол Роджер Карстенс (Roger Carstens), специальный представитель президента в Госдепартаменте по вопросам освобождения заложников, имея в виду контакты с коллегами в России. — Теперь их очередь». 25 августа заместитель госсекретаря США Стивен Бигун (Stephen Biegun) посетил Москву и встретился с высокопоставленными российскими чиновниками, в том числе с министром иностранных дел Сергеем Лавровым. Бигун подтвердил заявление США о том, что Уилану не было обеспечено справедливое судебное разбирательство в независимом и непредвзятом суде, поскольку судебное разбирательство и вынесение приговора осуществлялись на основании засекреченных данных. Бигун настойчиво призвал освободить Уилана.


Бывшие чиновники администрации Трампа предположили, что Кремль понимает, что освобождение Уилана накануне президентских выборов в США было бы выгодным Трампу, который наверняка хвастался бы тем, что вернул домой из заключения еще одного американца. «Если они собираются так много отдать, то наверняка захотят получить что-то взамен, — сказал один из них. — Цена поднялась». Один из нынешних чиновников администрации сказал, что в правительстве США существует единодушное мнение, согласно которому обмен Уилана на Ярошенко не является «равноценным». Другой вопрос, сможет ли администрация все-таки пойти на такую сделку.


Адвокаты, братья и сестра Уилана называют его мужественным человеком и оптимистом и уверены, что рано или поздно его мучения закончатся. Вечером после оглашения приговора в «Лефортово» его посетила Марина Литвинович, член Общественной наблюдательной комиссии по осуществлению общественного контроля над обеспечением прав человека в местах принудительного содержания. Она видела Уилана в третий раз, и в их предыдущих беседах он, к сожалению, не мог сказать всего, что хотел — согласно тюремным правилам, они не могли говорить по-английски, а по-русски Уилан говорит плохо. Но она может сказать, что за полтора года, которые он провел в заключении, он говорит по-русски лучше. «Как всегда, он был в хорошем настроении, довольный и настроенный оптимистично, — говорит она. — Он показал на тюремные ворота и сказал по-русски: „Завтра домой"».

 

Источник
 

Уважаемые друзья!!! Вступайте в нашу группу «ВКонтакте».

Яндекс.Метрика
Top.Mail.Ru